Государственные преступления

(государственная измена, оскорбление богов, обман народа, внесение в народное собрание противозаконных предложений, ложный донос по делам о политических преступлениях).

Преступления против личности.

Помимо убийств, сюда следует отнести: причинение увечья, нанесение побоев, клевету, оскорбление.

Преступления против семьи

(дурное обращение детей с престарелыми родителями, опекуна с сиротами, родственников с дочерьми-наследницами).

Имущественные преступления.

При краже, если таковая совершалась ночью, преступника дозволялось убить на месте преступления.

Уголовное право Афин по сравнению с гражданским правом было менее развито. Ранее всего это проявляется в пережиточном сохранении институтов и представлений доклассовой эпохи, особенно кровной мести.[32]

Дела о ранениях, увечьях, оскорблениях, кражах, а также все дела об убийствах и прелюбодеяниях могли быть предметом рассмотрения в суде не иначе как по заявлению заинтересованной стороны. Оскорбление и даже убийство посла считались преступлениями против религии: личность посла находилась под защитой богов. Среди государственных преступлений наиболее тяжкими считались: государственная измена, покушение на демократический строй правления и безбожие. Виновные в этих преступлениях наказывались смертью. Строго различались убийства умышленное, которое влекло за собой смертную казнь, и неосторожное, или случайное, наказанием за которые было изгнание из государства.

Крайне разнообразны применявшиеся судами наказания. Среди них четвертование, разрывание деревьями и животными, осуждение на голодную смерть. Самым гуманным было, по-видимому, отравление – способ, которым был казнен философ Сократ. Древнегреческий драматург Эсхил перечисляет в трагедии «Эвмениды» наказания: «Тут храм – не место лобное, где плетью бьют, Выкалывают очи, рубят головы, Камнями поражают, четвертуют, рвут, Скопят, увечат, с долгим воем корчатся Посаженные на кол .».[33]

Тюремное заключение было только предварительным. Тюрьмами, как об этом пишет Плутарх, служили подземелья, куда не проникал ни свет, ни воздух, без окон и дверей. Широко применялись бесчестящие наказания, лишение прав гражданства. В некоторых полисах, например Гортине (О.Крит), прелюбодея увенчивали венком из шерсти в знак его распущенности (намек на козлоногих сатиров). Он лишался, кроме того, имущества и гражданских прав.

В числе наказаний встречались: смертная казнь; продажа в рабство; телесное наказание; лишение свободы; штрафы; конфискация; атимия, т. е. бесчестье (лишение некоторых, либо всех гражданских прав).

В наказании видели главным образом страдание, мучение. Страх перед мучением – главное, что должны внушать человеку закон и суд. В этом – путь к справедливости. Эсхил в трагедии «Агамемнон» пишет: «Страданьем учит нас правды суд по божьи жить». Определение наказания зависело от тяжести преступления, а также таких характеристик участия в преступном деянии, как покушение, приготовление, подстрекательство, соучастие. Афинскому уголовному праву хорошо известно понятие смягчающих вину обстоятельств. Все это было показателем относительно высокой юридической культуры, немыслимой без тех успехов, которых достигли в Афинах философия, искусство, науки. В известном деле Ореста, убившего из мести мать, хор, непременный участник древнегреческой трагедии, упрекает Аполлона в том, что это он подстрекал сына убить мать: «Единый ты преступник».[34]

РСДРП
Большевики, как и эсеры, допускали крайности при выборе методов - они ориентировались, прежде всего, на экспроприации. Ими занималась созданная в 1905 году боевая группа под руководством Л.Б. Красина. Наиболее крупными акциями были ограбления банков в Тифлисе, Варшаве, Гельсингфорсе, в Прибалтике и на Урале ...

Пагубное влияние войны 1941-1945 гг. на движение населения СССР
Послевоенный голод и вызванные им эпидемии дали значительное число жертв, в основном за счет того, что бедствие охватило почти половину населения страны. Там, где не было засухи и хлеб уродился хороший, голод был вызван насильственными заготовками. Отличие голода 1946-1947 гг. от предыдущих не в силе его во ...