Введение


Человек сам по себе интересен и даже, можно сказать, является высшей ценностью, давно стало общим местом для философов, писателей, историков и вообще всех, кто интересуется изучением роли людей в совершившихся или совершающихся событиях и процессах. Наверное, это так, но на бытовом уровне данное утверждение справедливо, когда дело касается родных, друзей, соседей, сослуживцев или героев сугубо литературных, то есть выдуманных авторами произведений. Однако, когда речь заходит о документальных биографиях властителей, полководцев, ученых, деятелей искусства или лидеров общественных движений, выясняется одно немаловажное обстоятельство.

Оказывается, что человек сам по себе (то есть переживания, и движения его души, раздумья, семейная жизнь и т. п.) не так уж и интересны. Он значим для них тем, что открыл, преобразовал, завоевал, написал и, может быть, самое главное тем, чем он расплатился с Судьбой за свои великие дела или, чем Судьба наградила его за них. Говоря иначе, он интересен, с одной стороны, благодаря конкретным обстоятельствам места и времени, в которых жил, при условии, что эти обстоятельства важны и значимы для других поколений; с другой стороны, он вызывает интерес своими личными потерями или приобретениями, являющимися обязательными спутницами человека, отмеченного историей.

Когда автор известной триады: православие, самодержавие, народность, давшей начало теории «официальной народности» или «казенного патриотизма», С. С. Уваров писал: «Трудно родиться на троне и быть оного достойным»,— он отнюдь не имел в виду, что достойные трона люди должны рождаться не в царских семьях. Умный консерватор подразумевал, что рождение «на троне» ставит ребенка в тяжелейшие условия, вызванные исключительностью положения наследника, званием будущего вождя нации, традиционным обожанием окружающих, ролью непогрешимого судьи, которая свойственна Провидению, но непереносима для нормального человека. Ожидания подданных настолько велики, что соответствовать, им простому смертному вряд ли дано даже в теории. Впрочем, это касается всех монархов без исключения, что же до Александра II…

Смерть Александра II оказалась явлением уникальным. Он был не первым и не последним российским самодержцем, умерщвленным своими подданными. Однако в 1881 году монарх впервые стал жертвой не дворцового переворота, не династических интриг, а столкновения власти и общества. Причем жертвой этого столкновения сделался не самодур на престоле, а император, заслуживший от своих политических противников высокий титул «Освободителя», император, пытавшийся, так или иначе, вывести свою страну на дорогу более быстрого прогресса, разрушивший варварскую крепостническую систему и нарушивший безгласие общества.

Итоги политики военного коммунизма
В результате проведения политики военного коммунизма были созданы социально-экономические условия для победы Советской республики над интервентами и белогвардейцами. Большевикам удалось мобилизовать силы и подчинить экономику целям обеспечения Красной Армии боеприпасами, обмундированием, продовольствием. Дл ...

Хозяйство русских земель в период феодальной раздробленности (XII-пер. пол. XV вв.)
Период феодальной раздробленности протекал под знаком татаро-монгольского нашествия. Это время водораздела социально-исторических путей развития Западной Европы и России. Оно сопровождалось небывалым материальным истощением экономики страны, нарушением хозяйственных связей и изоляцией от Европы. Одним из ...