Новая экономическая политика России. Экономические дискуссии 1920-х гг.
Страница 2


История » Новая экономическая политика России. Экономические дискуссии 1920-х гг.

Внимание к проблемам деревни оправдывалось и демографической ситуацией. По переписи 1926 г. из 147 млн. человек 121 млн. или 82%, относились к сельскому населению и 26 млн. или 18%, – к городскому. Бедняцкая часть деревни составляла 30–35%. Земли они часто имели не более 4 дес., на двоих едоков, часто эти хозяйства были безлошадными и безинвентарными. В сельской местности за счет бедняцких слоев, чей годовой доход не превышал 250 руб., зрело социальное недовольство по отношению ко всем, кто жил лучше. Позже местные органы власти опирались на некоторых из них при проведении массовой насильственной коллективизации.

Середняков было около 65%. Семьи их, как и зажиточные, достигали семи человек, хозяйствовали на 10–12 дес. земли. Обязательно имели лошадь, корову, инвентарь, мелкий скот и птицу. Хозяйство середняков натурализовалось сразу после реализации "Декрета о земле", снабжая себя, но мало продавая. Средний годовой доход у них составлял 600 руб.

Зажиточных хозяйств было не более 3–4%. Их называли "новыми кулаками". Между тем они относились к числу поверивших советской власти и активно участвовали в товарно-денежных отношениях. "Старые кулаки" в большинстве перестали существовать еще в 1917–1921 гг. из-за сильного налогового гнета, арестов по спискам комбедов во время взимания продразверстки, гибели в движении "белых" и восстаниях против советской власти, переездов в другие местности. Нередки были случаи, когда "новыми кулаками" становились герои гражданской войны, крепко "севшие" на землю и много на ней работавшие. Люди грамотные, они умело пользовались кредитами банков и т.д. Численность их семей достигала 9–10, иногда и более человек, т.е. зажиточность чаще была видимой, так как получали больше других земли при распределении ее по количеству едоков. У них было 2–3 лошади, столько же коров, поэтому арендовали землю и под сенокос. Годовой доход этих хозяйств составлял в среднем 1,5–2 тыс. руб.

Но в целом положение в сельском хозяйстве оставалось непростым. Уровень посевных площадей и поголовья скота по отношению к 1913 г. не был достигнут в 1925 г., когда официально в стране было объявлено об окончании восстановительного периода. Положение улучшилось лишь к концу 1920-х гг.

На экономическом положении в деревне отрицательно сказалась социально направленная политика правительства. Льготные кредиты предоставлялись чаще бедняцким хозяйствам, которые полученные семена и рабочий скот нередко использовали не в производственных целях, а как дополнительное продовольствие. Среди зажиточных хозяйств проводились часто уравнительные переделы земли, что подрывало их мощь, им запрещали создавать хуторские хозяйства. После 1925–1926 гг. усилился налоговый гнет, на эти хозяйства ограничивались в праве на аренду земли. Все это вело к снижению товарности хозяйств и соответственно их ориентации на рынок. Неудивительно, что в 1926/27 и 1927/28 хозяйственных годах в стране начались большие сложности с хлебозаготовками. Хлебозаготовительный кризис стал последним в ряду хозяйственных кризисов в период нэпа, он явился предлогом к отмене новой экономической политики. Нэп начался и закончился в деревне.

Более отчетливо рыночные отношения проявились в промышленности. Реформирование в этой отрасли началось с изменения системы управления и организации производства, были упразднены главки. ВСНХ превратился в координационный центр с сильно сокращенным аппаратом служащих. В промышленности, на транспорте и в строительстве была восстановлена денежная оплата труда с введением тарифной ставки. Заработки были поставлены в зависимость от роста выработки, т.е. впервые после 1917 г. начал реализовываться принцип материальной заинтересованности в труде. Были ликвидированы Трудовые армии и отменена обязательная трудовая повинность. Появился в стране рынок труда, были открыты биржи труда.

К коренным изменениям в промышленности относится денационализация или разгосударствление 30% предприятий. Речь шла об убыточных предприятиях, некоторые из них передавались в аренду частным владельцам, другие – кооперативам. К середине 20-х гг. XX в. выросла сеть денационализированных предприятий.

Металлургическая, топливная и энергетическая промышленность, частично и транспорт оставались на государственном снабжении. Объяснялось это тем, что потеря государственных позиций в данных отраслях грозила подрывом экономической базы диктатуры пролетариата. Не закрыли и крупнейшие машиностроительные заводы военно-промышленного комплекса, несмотря на их нерентабельность: Путиловский, Сормовский, Брянский. Не подлежал обсуждению вопрос о передаче их в аренду западным предпринимателям.

Крупные и технически оборудованные фабрики и заводы объединялись в тресты, которые работали на основе хозрасчета. Возникли: Югосталь, Химуголь, Донуголь, Гомза (государственный трест машиностроительных заводов), а также Северолес, Сахаротрест и много других. Тресты, объединив однородные или взаимосвязанные в хозяйственном отношении предприятия, стали основной формой организации и управления производством в государственном секторе, охватив до 90% госпредприятий. Уже к началу 1923 г. образовался 421 трест, в том числе 40% из них подчинялись центру, а 60% – местным органам власти.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Социальная стратификация китайского общества.
Социальная структура цинского общества претерпела, соб­ственно говоря, незначительные изменения по сравнению с мин­ским периодом. Тем не менее, некоторые отличия существовали. В цинском Китае появилась новая привилегированная часть насе­ления, состоявшая из завоевателей-маньчжуров. Они составляли замкнутую ...

Смолянин – партизан – Володя  Куриленко .
Активное участие в диверсиях принимал юный партизан Володя Куриленко , начавший борьбу с оккупантами в подпольной группе . Вступив при первой возможности в партизанский отряд – стал разведчиком . Ходил в разведку в Демидов и Смоленск , всякий раз блестяще выполняя задание . Затем Володя вошел в группу подр ...